— Думаю, что вы догадываетесь зачем я попросил вас встретиться со мной, — начал Седаи, стараясь говорить не слишком громко.
Фолк молча кивнул, хотя догадываться мог только смутно.
— Мы оба знаем, что артефакт, который украл Неман… Что он у вас. Да, у вас.
Норингтон молча смотрел на Седаи, от этого молчания говорившего сбивчивей и громче.
— Собственно, я тоже охотился за этим артефактом. Правда мои методы оказались не столь эффективными. Совсем не такие эффективные. Тут дело тонкое. Правительство все-таки. Да.
— И что я должен ответить на это?
— Ответить на это. Ничего. Я начинаю издалека, чтобы обрисовать всю картину.
— Тогда продолжай.
— Ни для кого не секрет: ни для вас, ни для меня, ни для правительства, что артефакт есть ни что иное, как ключ. Ключ к замку. Вот только к какому замку? И что этот замок охраняет?
— Не знаю. Что же?
— Этот замок обязан охранять что-нибудь сверхважное. Эта вещь должна иметь огромную цену. Великую мощь. Силу. Эта вещь в закрытой комнате просто обязана творить вещи, которые не под силу ничему, что создано нами.
— Есть идеи на счет того, что это может быть?
— Есть ли идеи? Есть. Вы знаете, что артефакт был найден в небольшом храме?
— Знаю.
— Да. Знаете. Храм раскопали случайно. Артефакт убил того, кто первым его коснулся. После этого в космос моментально была выброшена колоссальная энергия. В весь космос! Это был сигнал. Сигнал для той вещи под замком, что ключ найден.
— Зачем этой вещи знать, что кто-то нашел ключ? И почему мы говорим о ней, как о живом существе.
— Нет-нет. Ни как о животном. Почему мы говорим о ней. Мы говорим об этой вещи нейтрально. Это может быть электронный мозг. Что скорей всего. И для чего он? Это оружие! — голос Седаи дрожал от возбуждения. — Только представьте себе. Оружие, которое активируется с помощью какого-то паршивого артефакта, сгенерировавшего нереальную мощность. Нереальную мощность! Да мы даже артефакт не смогли познать. Что говорить о том, что находится под замком.
— Звучит устрашающе.
— Устрашающе. Очень. Но люди всегда сталкивались с чем-то неизвестным и познавали это. И у меня есть уверенность, что и это нечто мы способны осилить. Тем более, что с любым оружием человечество на ты.
— У меня вопрос, — слегка поддался вперед Фолк, — почему ты так уверен, что в конце нити, связывающей ключ и замок, ты найдешь оружие?
— Я уверен. Это оружие. Мой человек был одним из тех, кто обследовал артефакт на месте. Там профессионалы. Военные. Они успели кое-что понять. Там несколько раз упоминалось о нанесении ран цивилизации, о ее смерти. Логично предположить, что речь идет об орудии убийства.
Глаза Седаи горели. Он забыл о соке и своем салате. Его взгляд бушевал безумством. Дав своей одержимости взять над собою вверх, он преобразился. И даже его худоба улетучилась. Эта энергия, что била из него, облачила своего носителя в защитный костюм.
— Только представьте, что произойдет, если кто-то им овладеет. Он станет королем мира, простирающегося до бесконечности.
— И ты хочешь завладеть этим оружием?
— Хочу. Завладеть этим оружием. Как и вы.
— Я хочу быть тем, кто откроет замок, но не тем, кто присвоит себе сокровища за ним.
— Почему нет?
— Старость, — пожал плечами Фолк. — Она дает понять, что путь до цели иногда важнее.
— Иногда важнее может быть. Но не сейчас. Как бы то ни было, у нас с вами одна цель и один путь. Поэтому мы могли бы объединить наши усилия. У нас у обоих есть ресурсы, которых хватит с лихвой. Мы с вами люди действия, добивающиеся своего. Поэтому сотрудничество выгодно нам обоим.
— А чем оно выгодно для меня? Артефакт у меня. Люди тоже есть. Ресурсов вдоволь. Связи есть. К тому же, ты пытался убить человека, работающего на меня, тем самым мешая непосредственно моим планам.
Лицо Седаи помрачнело. Вся его кипучая энергия сразу же рассеялась в воздухе и, вспомнив про сок, он сделал один большой глоток.
— Надо понимать, что он всего лишь исполнитель, — процедил Седаи.
— Да? И поэтому надо было его убивать за то, что он остался верен старику? И после этого ты еще идешь ко мне с просьбами? — вспылил Фолк.
Им вдруг завладел гнев. Будто вулкан, он выплеснул его на свет, взломав корку своей души. А Седаи промолчал. Он сделал еще один глоток сока, смотря при этом в стол перед собой. Его лицо выражало растерянность, а взгляд под очками потух и сделался холодным и жестким. Марсианин, с презрением подумал Фолк, стараясь успокоиться. Им нет веры. Этот может предать меня и после того, как все закончится. Планета проходимцев.
— Мистер Норингтон, — твердым голосом начал Седаи, снова смотря в глаза Фолку, — давайте мы не будем поддаваться эмоциям. Неман отказался от сделки, а я не мог отпустить его, чтобы он обо всем рассказал вам. Но все пошло не так, как планировалось, поэтому я здесь. Мне стоило раньше встретиться с вами, чтобы работать вместе. Признаю. Но, если честно, меня останавливала та мысль, что с вами работает Оолк. Она не так хороша, как вам кажется. Не спорю, в ней что-то есть, но вы зря так полагаетесь на нее. Объединив наши усилия и избавившись от ненужных людей мы оба добьемся большего.
— Так ты еще хочешь, чтобы я отказался от Таркельи? — почти зашипел Фолк. — Хочешь я расскажу тебе одну вещь? На курсе вы были оба в первых рядах, и я следил за вами обоими, надеясь когда-нибудь собрать вас, примирить. Путешествия в космосе открыли нам такие горизонты, о которых мы и не могли мечтать. И вы должны были быть одними из тех, кто поможет человечеству проникнуть в прошлое Вселенной, подарив ему шанс на осмысленное будущее среди звезд. Но потом я понял, что моя мечта неосуществима. Я разглядел тебя: твой эгоизм, страх,