Глава 11. Восхождение на гору
Даже если бы они очень того хотели, они бы не смогли сейчас продолжить разговор на отвлеченные темы. Все еще мысленно пребывали там, в древней деревушке, и каждый додумывал для себя не столь уже важное развитие этой истории.
Ситуация разрешилась сама собой, когда все четверо, словно договорившись, вышли из своих номеров и направились в кафетерий. Привычные улыбки на лицах, абсолютная легкость в разговоре, обмен впечатлениями от увиденного из окон и, к великой радости Филиппа, постоянное «ты» в обращении друг к другу.
— У меня прекрасный вид из окна: южный склон горы, на которую мы сейчас полезем. А у тебя долина, как на ладони, — обращался Аарон к Я'эль. — А как там у западников?
— Не менее роскошный вид, — перенял эстафету восхищения Саад. — Я привел в порядок свои вещи, разложил их по полкам, чайник включил, туда-сюда, а лес в окне словно на картине, причем эта картина незаметно меняется во времени, и не может быть какого-то вида, который был бы лучше или хуже других. У природы всегда так. Представляю, каким будет сегодняшний закат!
— Точно! Солнце опускается за горизонт. Сначала незаметно, потом все ощутимее. Солнечные лучи начинают тебя слепить, лес под ними темнеет, а небо становится еще более величественным. Сегодня у нас облачно, но это такие облака, которые лишь украсят картину заката. Мы, скорее всего, будем все это наблюдать с горы.
— Да, я уже представляю, — с интересом отметила Я'эль. — Слушай, давай мы особо наедаться сейчас не будем, но с собой возьмем что-нибудь перекусить, фрукты там, может какие-нибудь сэндвичи сделаем. Фрукты я взяла, если что — яблоки, бананы…
— Я не против. Саад? Аарон?
Первый поднял вверх большой палец. Аарон поддержал его таким же жестом, и вдобавок угукнул.
— Так, обычно здесь бывают очень сытные пирожки и чудесные сдобные булки, — проинформировал новичков Филипп, когда они вошли в кафетерий. — Вон в тех корзинах.
Пирожки и булки румяной выпечки красовались в плетеных корзинах. Пришли бы они минут через десять, они бы сами оказались в ситуации, в которую попала следовавшая за ними группа туристов, которым не хватило даже по одному пирожку на каждого. Туристам пришлось терпеливо дожидаться новой партии, а наши герои, хитро улыбаясь, облюбовали столик в углу и заставили его своими тарелками с добычей. Каждый взял себе по три булки и по три пирожка с разными начинками: с капустой, с грибами и с картошкой, и теперь уже они направились к столу, на котором стояли чайники и графины с разноцветными напитками.
— Тут кофе, тут чай, сок апельсиновый, сок яблочный, минералка, всякие колы, просто вода, можно еще себе приготовить горячий шоколад…
Филипп по-хозяйски знакомил новичков с ассортиментом напитков, а они быстро наполняли всем этим свои стаканы и переносили их на свой стол. Вскоре они наконец-таки угомонились и сели. Я'эль и Сааду посчастливилось сесть лицом к окну и лицезреть открывающийся через застекленную стену вид на юг и восток. Они вытянули шеи и, тыча в воздух пальцами, сразу же принялись обсуждать вьющуюся змейкой дорогу, проложенную к ресорту.
— Ничего-ничего, завтра мы с тобой будем красотами любоваться, — подмигнул Аарон Филиппу, но тот лишь улыбнулся. В этот момент времени он делал именно то, к чему стремился и для чего выбрал именно то место, на котором он сидел. Он наблюдал за Я'эль, которая только что поделилась своей историей, и за Саадом, которому предстояло рассказать свою. Ему приятно было видеть их сейчас такими раскованными, полными энергией, не стесненными какими-либо обязательствами и не загнанными в рамки ответственности. Он уже не задавался вопросом, делился ли Саад с кем-либо своей историей. Он верил, что чистота эксперимента будет соблюдена и в его случае. Он искренне хотел в это верить.
Для всех, кроме Филиппа, двадцать с небольшим минут, проведенные за столом, показались часом. Им не терпелось поскорее выйти во второй поход, и каждый из них считал своим долгом заполнить эту несмотря на ситуацию приятную пустоту каким-то смешным анекдотом или коротким рассказом о чем-то из прошлого.
— Вот что значит молодость! Ты только что нам, можно сказать, моноспектакль сыграла, из похода вернулась, а сейчас вон глаза как блестят — снова в поход хочешь. И этот туда же, — делано удивлялся Филипп, глядя на Аарона. — Что, не устали совсем?
— Не-а, — ответила Я'эль, не поворачивая головы переглянувшись с Аароном и широко улыбнувшись, обнажая до синевы белые зубы. — Когда вокруг тебя жизнь кипит и ты это чувствуешь, уже хочешь не хочешь да сама становишься активной. А тут воздух такой, виды такие, что кажется так и буду бегать до ночи, а потом без сил свалюсь где-нибудь. Только бы не далеко от постели оказаться в этот момент.
— Ну да, чтобы к следующему дню сил набраться, — так же широко улыбнувшись, добавил Саад.
— Ты давай, ешь-пей, сил набирайся для похода и рассказа своего. Мы все тебя уже заждались!
— Ой, да ладно, меня они ждут! Я готов. Пирожок — это мне на дорогу, и еще яблоко для меня прибереги там.
— Ладно, — протянула Я'эль, поднимаясь с места. За ней последовали остальные. — Оставшиеся булки я отнесу в номер. Вечером чай выпьем с ними. А вы все — на выход!
Филипп, Аарон и Саад охотно потянулись к выходу. Когда же они вышли наружу, то решили медленным шагом направиться на север в сторону горного склона. «Я'эль догонит», — дружно решили они, за что через четыре минуты вынуждены были выслушивать заслуженное порицание на тему неуместной независимости в то время, когда другие заботятся об их сытном вечернем времяпровождении. Еще с пару минут они продолжали обмениваться дружественными колкостями и подшучивать друг над другом, однако Саад заметно сбавил темп и сделался задумчивым.
«К рассказу готовится», — уверенно подумал Филипп и стал ждать начала.
— Слушай, — обратился идущий в хвосте Саад к следовавшей перед ним Я'эль, — а Посвященные могут перемещаться во времени?
Я'эль, уже