Лавовая лампа подходила идеально, попаданец планировал заправить её кровью, вместо парафина, но тогда придётся навесить на простенький ночник не меньше сорока заклинаний, а лишние заморочки ему сейчас ни к чему.
Сам принцип работы лавовой лампы прост: заливаем масло и парафин, под ёмкость ставим свечу. Парафин нагревается и поднимается в верхнюю часть колбы, там охлаждается и опускается вниз, на дно, ну и по кругу, пока свечка не погаснет. Магия, конечно, значительно облегчала проблему гаснущей свечки, как и электричество в родном мире, но дарить просто лампу? Это же совсем не зловеще, совсем не по-вампирьи.
Выходит, в лампе с кровью вместо парафина придётся либо полностью менять принцип работы, либо сломать мозг о комбинации заклинаний, чтобы добиться нужного эффекта. Настолько умным, чтобы изобрести свой механизм для лампы Степан себя не считал, поэтому ломал мозги.
Одна надежда — пособие по магии крови, там уж точно найдётся что-нибудь полезное.
Вообще, вначале он думал подарить нормальную лампу, потом хотел заменить парафин слизью одного монстра, но это было как-то не солидно и слишком уж мерзко. Поэтому окончательным выбором стала кровь.
Только вот если он не придумает, как заставить лавовую лампу работать с кровью, а не парафином, то от идеи придётся отказаться.
— Веце, как думаешь, может, мне стоит уступить герцогу? — попаданец отложил книгу и внимательно посмотрел на полукровку. Веце беззаботно ковырял в носу и ел яблоко.
— Что вы имеете ввиду? — пацан незаметно вытер козявку о старую обивку кресла и засунул огрызок в рот, тщательно прожёвывая.
Степан неодобрительно фыркнул, сложно было отучить мелкого жрать яблоки целиком: да, понятное дело, рос Веце небогато от слова совсем, но сейчас же можно позволить себе не есть огрызки, верно?
Вампир наклонил голову набок, смахнул волосы с лица и провёл ладонью по выгравированном на столешнице гербе клана Вальдернеских. Герб был ни красив, ни впечатляющ, но, впрочем, запоминался. И отражал убеждения вампиров.
Степану не нравилось. Он сдвинул стопу правее, чтоб закрыть герб.
— Титул. — наконец, ответил попаданец, — Герцог против, чтоб я занимал пост графа, да и мне, признаться, это особой радости не приносит. — зачем тогда мучиться? Замок же вроде всё равно останется у Степана, кому ещё эта рухлядь нужна.
— Пфф! Это приносит нам деньги. — Веце сложил пальцы в кружочек, усмехнувшись. — Деньги, вот единственное счастье в этом мире.
— У кого я спрашиваю… — вампир обречённо покачал головой.
— Ну а если серьёзно, — заговорил пацан, — то, даже если вы станете простолюдином, я всё равно буду привязан к вам. Оу, не в смысле, что вы вроде как неплохой и мне вас жаль и всё такое. Я имею в виду, что у меня подписан контракт с Вальдернескими, меня отдали вам, и теперь я ваш слуга. И пока вы Вальдернеский, и после. До тех пор, пока срок не кончится. А до этого ещё лет сто наверно. Так что я, очевидно, хочу, чтоб вы были графом. Жить в какой-нибудь лачуге, или тут. — вампир улыбнулся. Словно замок Касара сильно-то отличался от лачуги. Там, в лачуге, по крайней мере, монстрами всё не напичкано. И потолок на голову не упадёт. — И деньги, знаете, как вам будет трудно их заработать, чтоб меня прокормить, если останетесь без титула? А я хочу жить роскошно, чтоб своя комната, и кровать, и даже гардероб. — мечтательно выдохнул полукровка.
— А ты ещё та меркантильная… — мягко поддел граф, не закончив фразу.
— Договаривайте, что же вы стесняетесь? — рассмеялся Веце, взглянул на перекошенное лицо господина.
— При детях не матерюсь. — пацан зафыркал, достал из кармана ещё одно яблоко, и с набитым ртом проворчал:
— Я не ребёнок. — граф закивал, мол, да-да, конечно, и бросил:
— А я не вампир. — на этот раз перекосило уже Веце.
Если господин опять начнёт доказывать, что он человек, никак не вампир, то Веце, уж да простят его старейшины клана, пристукнет-таки графа.
Но, к великому счастью слуги, попаданец больше ничего не сказал, снова вернувшись к работе.
Глава 41, про тех, кто дорог по кусочкам
— Вам и не придётся танцевать. — развеял опасения попаданца Веце. — Сами подумайте, какая аристократка в здравом уме согласиться с вами танцевать? Так что просто постоите у стеночки, вам ещё и спасибо скажут. — полукровка почесал живот и широко зевнул. Время за полночь, господин уже почти сутки бился со своим новым изобретением. — Даже если и найдётся сумасшедшая, которая пригласит вас на танец, вы можете ей отказать. Скорчите рожу попрезрительнее и скажите что-то вроде: “с едой не танцую”. И ближайшие двести лет к вам ни на одном балу или светском вечере девушки не подойдут. — граф поднял глаза на слугу, взглядом спрашивая, действительно ли это прокатит. Кажется, Веце не врал.
— Скоро Маниэр вернётся? — спросил вампир, снимая крышку с колбы и корректируя заклинание. — Мне уже надоело одной кровью питаться. А яблоками ты не делишься. — упрекнул Степан. Полукровка показал язык.
— Вам они и не нужны. Сидите на крови, сильнее станете. — пацан снова зевнул и повыше подтянул куцое одеяло, наполовину валяющееся на полу. Хотелось спать, но в кресле не настолько удобно, чтоб заснуть. — А вообще, что это будет? — он проследил, как господин вливает в высокую колбу кровь, накладывает заклинание и добавляет ещё какую-то жидкость.
— Красивая безделушка. — граф ждал, когда пацан заснёт, чтобы почитать. Ту книгу при Веце лучше не открывать, там и Степана холодным потом прошибло, а полукровка ещё зелёный для такого чтива.
— С кровью, да? — фыркнул полукровка. — Вы же понимаете, что такой подарочек вам ещё аукнется? — дарить такое королевской чете… У господина и правда проблемы с головой.
— И что? — попаданец отложил в сторону гравировальный нож и сверил рисунок заклинания с чертежом на бумаге. — Если я не могу выступать против них открыто, не значит, что я буду скрывать свои намерения.
— Вы дурак.
— Я честный дурак. — поправил его граф. — Они имеют право знать, что в их королевстве живёт вредный вампир, которому что-то не нравиться. Ну, я считаю, что будет лучше, если мы будем знать