Алиса ничего не ответила. Задержала взгляд на девушке, скрестила руки на груди и отошла. Бросила хмурый взгляд на меня:
— Ты хочешь укрыть сестру от гнева Амов, которых она подставила. Но что ей помешает подставить нас?
— А разве есть выбор? — парировал я. — Моя сестра — умная девушка, — я зыркнул в ее сторону, она закатила глаза. — И должна понимать, что вы — во, первых, для нее единственный выход на спасение, а во-вторых, путь к свободе, которой они лишена на Светлой стороне. Вне зависимости, где находится: в объятиях Амов или в фамильном гнездышке.
— Я могла бы получить наруч, — процедила она, ее губа задрожала. Я повысил голос:
— И сожгла бы свою плоть до кости! Ты видела результаты этих экспериментов? Наруч приживается не у всех!
— Нам нужны результаты этих экспериментов, — встряла Алиса. — Необязательно новых. Любых. И состав синтетики. Надо понимать, что они варят в своих лабораториях.
— Ха! — хмыкнула Кроха. — Всем надо! Не вы одни такие, умники! Так они вам и сказали!
— Хорошо, что теперь у нас есть ты, — холодно ответила Алиса. — Раз у тебя есть опыт шпионажа, пойдешь на передовую.
— Не дождетесь!
— А это не тебе решать.
— Ну, значит, принимаете? — заключил я.
Обе повернули головы в мою сторону. Я пояснил:
— Ну, то есть будем полезны друг другу.
Алиса махнула рукой:
— Договоримся. Пусть твоя сестра остается. Но на особое отношение не рассчитывает. Если поймают на предательстве, не обессудь.
Наши взгляды встретились. В глазах Крохи плясали черти. Она напряглась и словно только ждала момента, чтобы броситься на меня с голыми руками. Я смотрел спокойно, и это бесило ее еще больше.
Ничего, милая сестренка, пора взрослеть. О том, что это я вообще-то младший сын в Лазурном клане, я совсем забыл. Ну-с, это по возрасту, а не по уму.
И Алиса подтвердила:
— Зайди к Варгу. Он вернулся из города, про тебя знает. Про то, что ты сделал… тоже. Думаю, вы найдете общий язык.
Я только кивнул. Алиса сказала:
— Будьте здесь. Я узнаю, где он.
Она вышла, Кроха осела на тот же стул. Рюкзак бросила на землю. Я скрестил руки на груди и встал напротив. Она выпалила:
— На чьей ты стороне, Арс? Дом для тебя — пустое место? Лучше угодить изгоям? Все наше влияние коту под хвост! Или еще лучше — под хвост грязным наемникам! Нашел покровителей!
— Кто бы говорил, — процедил я. — Трясешься над кланом, а сама освобождаешь рабов и сотрудничаешь с врагами.
— Это по договоренности! Мы все обсудили с Адамом!
— А рабы?
— Это… нечестно. Я буду их поддерживать, насколько смогу. Это мой долг.
— Ну, считай, что стала к ним чуть ближе, — огрызнулся я. Кроха выплюнула яд:
— И запомнила, что ты меня сдал!
— Для твоего же блага, уж поверь. А о других твоих козырных талантах я, увы, не осведомлен.
Теперь она замолчала. Посмотрела только как-то испуганно, ее губы задрожали. И сказала совсем другим, упавшим голосом:
— Сволочь ты, Арс. Бдение тебя изменило. Жаль, что не в лучшую сторону.
Кроха снова обняла рюкзак и отвернулась. Разговор был окончен.
Я вышел из шатра и только снаружи понял, где сплоховал. У Арса и Крохи действительно могли быть секреты от старших. Судя по фоткам в раскладушке парня и по письму от Крохи, они общались достаточно близко. Среди насмешек сверстников Арсений правда мог общаться с сестрой открыто: она единственная воспринимала его как равного. Ну, и еще, пожалуй, Лев. Остальные смотрели на меня как на ущербного. Та же Сирин клеилась из жалости, чтобы чем-нибудь помочь.
И если так, то… что же ты еще скрываешь, милая сестренка?
Я обернулся на палатку и сдержал порыв вернуться. В груди все клокотало и горело, Тень под ногами встрепенулась, готовая потушить. Но я ее сдержал: надо остыть самому, поэтому… не сейчас. Это обесценит все мои действия. Да и Крохе не помешает сначала прийти в себя, прежде чем принимать мои извинения.
Лагерь так же шумел, отстраивался и пытался вернуться в прежнюю колею быта. Насколько для них это было привычным — менять место очередного дома? Надолго ли они задержатся? И что их прогонит в следующий раз?
У меня всегда был один дом, а сейчас… он изменил свой адрес? Мне некогда было привыкать, хотя Призрак меня будто бы звал обратно. Или о чем-то предупреждал? Я же не умер там, нет же?
Из соседнего шатра показалась встревоженная Алиса, а, увидев меня, замахала и жестом позвала войти. Она показалась мне взлохмаченной и чуть разрумянившейся, но я отогнал эти мысли. Не об этом следовало думать.
Я задержался у входа, нащупывая тень. Внутри командир наемников. С тяжелым прошлым, которое он вывел в новый виток будущего. Тот, кто выжил там, где многим другим не повезло. Он вел за собой и зачем-то хотел меня видеть.
Осмотревшись и на всякий случай придержав тень при себе, я вошел в шатер, но тут же замер на пороге, не решаясь пройти дальше.
Да, тут требовалось разрешение, сама атмосфера внутри кричала: без спросу не входить! И не открывать рот без дозволения.
— Приветствую, — пробасил массивный широкоплечий мужчина с бритыми татуированными висками и длинным хвостом. — Ты Арсений? Алиса мне про тебя говорила.
Он протянул мощную руку, кожа его жилетки заскрипела. Я прошел и ответил рукопожатием:
— Вы, очевидно, Варг? Командир этого лагеря.
Он стиснул мне ладонь до хруста костей и как ни в чем не бывало продолжил:
— Да. Признаюсь, представлял тебя несколько… старше.
— Это впереди, — улыбнулся я, а сам его разглядывал: массивный, накачанный, глаза подведены, лицо в щетине и шрамах. Экипировка боевая, оружие при нем. Наруч металлический, без кристалла. Какой, интересно, диск?
— Верно. Молодость — временный недостаток. Садись.
Он кивнул на такую же груду мешков, как у Алисы в шатре, и я не стал медлить. Сама Алиса перебирала пальцы и покачивалась с носка на носок и робко спросила:
— Я пойду? Там… ждут меня.
Варг зашел за массивный деревянный стол, заваленный бумагами, навис над ним и бросил хищный взгляд на женщину. Я не удержался и тоже посмотрел: Алиса оробела. Убрала выпавшую прядь, опустила взгляд, вздохнула. Глаза Варга потеплели:
— Что-то нужно по хозяйству?
— Всего в достатке, и… экономить надо. Основная часть денег снова пойдет на медикаменты.
Варг кивнул:
— Этот… твой… как?
— Нормально, — ее голос сорвался, и она еще отступила к выходу: — Пойду я, дел… невпроворот.
И прытью бросилась прочь. Я ошалело глазел на