— Я успокоюсь, когда увижу ее, блядь.
— Мне нужно убедиться, что ты не привел с собой копов или кого-то еще.
— И как, блядь, я это сделаю?
— FaceTime, пацан. Переведи звонок на FaceTime и покажи мне салон своей машины и окрестности. И сделай это сейчас же. Я не хочу, чтобы у тебя было время избавиться от людей и подставить меня.
Я слышу характерный звук переключения на FaceTime и мельком вижу лицо Кейдена на экране. Затем оно исчезает, и он показывает салон своей машины, которая пуста, а затем что-то похожее на пустынную улицу, которую я не узнаю. Очевидно, Гэри не здесь назначил место для встречи.
Не хочу этого признавать, но Гэри — умный человек. Он не хочет возвращаться в тюрьму. Но не настолько, чтобы не похитить девушку своего сына и не держать ее в заложниках.
— Доволен? — слышу, как говорит Кейден.
— Почти, — отвечает Гэри. — На тебе нет следящих устройств, верно?
— Да пошел ты, старик! Когда, блядь, я успел бы это устроить с кем-то, тем более с копами? Последние пару часов я убеждал банк, что мне нужны пятьсот штук на законные цели.
— Это твои гребаные деньги. Зачем тебе их убеждать?
— Потому что нормальные, порядочные люди с хорошей репутацией обычно не снимают пятьсот тысяч без веской причины.
— Но ты их получил?
— Я же сказал, что получил, черт возьми! Теперь покажи мне Мисси. Я хочу знать, что с ней все в порядке.
Гэри делает паузу, а затем поворачивает телефон экраном ко мне, показывая лицо Кейдена.
На его лице явно читается облегчение от того, что он меня видит. Я почти чувствую это, как будто его рука касается моей щеки.
— Ты в порядке? Ты и дети?
Слезы наворачиваются на глаза впервые с начала всего этого кошмара.
— Мы в порядке, — говорю я сквозь слезы.
— Прости.
— Тебе не за что извиняться...
Гэри отворачивает телефон от меня и поворачивает его к себе.
— Хватит уже этой ерунды. Езжай прямо еще две мили. Увидишь поворот на старую железнодорожную станцию. Мы там. Я буду ждать тебя. — Затем он отключается.
— Давай, девочка. Выходи из машины.
Он снимает блокировку, я открываю дверь и ставлю затекшие ноги на гравийную поверхность, потягиваясь, чтобы размять их. Затем я вытаскиваю себя из машины, встаю и потягиваю спину. В этот момент один из малышей решает дать мне хороший, сильный пинок.
Я прижимаю руку к животу и молча говорю им обоим: «Все хорошо. Мы скоро уедем отсюда и вернемся домой. Ваш папа едет за нами.».
Гэри обходит машину и берет меня за руку.
— Сюда.
Он начинает вести меня через двор. Мы подходим к железнодорожным путям, по которым в течение последних нескольких мучительных часов часто проносились поезда.
Он останавливается перед путями, смотрит в обе стороны, а затем тянет меня, чтобы перейти через них.
Мы прошли всего три метра, когда к нам на большой скорости подъехала машина Кейдена, поднимая гравий. Машина затормозила в двадцати метрах от нас. Затем он выскочил из машины с черным рюкзаком в руке и бросился к нам.
— Стой! — рявкнул Гэри, когда Кейден был уже в десяти метрах от нас.
Я вижу, как он сжимает челюсти, как напрягаются его руки, и почти слышу слова, которые он хочет сказать, но не говорит, потому что его отец направляет на меня пистолет. Его взгляд скользит по мне с головы до ног, ища следы ранений. Я пытаюсь глазами сказать ему, что в порядке. Но не думаю, что сейчас мои слова помогут.
— Деньги там? — Гэри указывает на рюкзак, висящий у Кейдена на руке.
— Да.
— Брось сюда.
— Отпусти ее. Когда она будет в безопасности со мной, я брошу сумку.
— Ты думаешь, я дурак, пацан? В сумке может быть что угодно. И что помешает тебе уйти, как только она будет у тебя?
— Пистолет в твоей руке.
— Ты думаешь, я не знаю, что у тебя есть оружие? Ты не мог прийти сюда без него. В конце концов, мы одной крови. Так что брось мне сумку и свой гребаный пистолет. Сейчас же.
— Я брошу тебе пистолет. А сумку — когда она будет со мной.
Гэри долго молчит.
— Согласен. Давай пистолет.
Кейден запускает руку за пояс и вытаскивает оттуда пистолет. Я даже не знала, что у него есть оружие.
Он бросает его через все расстояние. Пистолет падает к ногам Гэри.
Пистолет все еще упирается мне в ребра, Гэри наклоняется, не отрывая глаз от Кейдена, и поднимает его. Он засовывает его за пояс джинсов.
— Зарегистрирован? — спрашивает его Гэри.
— Нет, — отвечает Кейден.
Где, черт возьми, он взял незарегистрированный пистолет и когда именно? Думаю, этот вопрос можно оставить на потом, если он вообще возникнет.
— Хорошо. Ладно, иди, маленькая леди. Медленно подойди к Кейдену.
Он толкает меня, и я начинаю идти к Кейдену, не отрывая от него глаз. Я хочу бежать и броситься ему в объятия, но я также знаю, что на мою спину направлен заряженный пистолет.
Когда я дохожу до Кейдена, он обнимает меня, и все мое тело начинает дрожать от облегчения, что я снова с ним. Я не хотела об этом думать в последние ужасные часы, но я была в ужасе, что больше никогда его не увижу.
— Черт. Прости, красавица. Я больше никогда не упущу тебя из вида, — выдыхает он в мои волосы.
Я не могу говорить, зная, что начну плакать. И не хочу доставлять Гэри такого удовольствия, осознания, что именно он довел меня до слез. Такие мужчины, как он, получают от этого удовлетворение.
— Рюкзак сюда, пацан. И если она пустая, я вас обоих пристрелю, и глазом не моргнув.
Кейден прижимает меня к себе, крепко обнимая.
— Я и не ожидал ничего другого от такого ублюдка, как ты.
Он бросает рюкзак, и Гэри ловит его рукой, не держащей пистолет, направленный на нас.
Он открывает сумку и заглядывает внутрь. Возбуждение на его лице от того, что, как я предполагаю, является деньгами, которые он просил, вызывает отвращение.
Он запускает руку внутрь и вытаскивает пачку денег.
— Мне пересчитать?
— Там каждый гребаный цент, старик. Надеюсь, они принесут тебе только страдания.