Он самый строгий из командиров четырех отрядов, да ещё и единственный лейтенант, который до сих пор участвует в миссиях, с тех пор как несколько месяцев назад наш сержант погиб в бою. Но он же и самый терпеливый. Думаю, сержант Дженкинс из «Бунта» уже давно бы прикончил меня, окажись я в его отряде. Ходят слухи, что он безжалостен, несмотря на свой молодой возраст. Многие из нас никогда его не видели, и, честно говоря, я не горю желанием.
— Вольно, — бормочет Эрик, оглядывая общую ванную. Его взгляд задерживается на пустом флаконе из-под таблеток в раковине. — Вижу, ты по-прежнему выбрал себе эту медленную смерть, — говорит он безразличным тоном.
Мне нравится, что его так сложно раскусить. Это заставляет меня быть начеку. Но в глубине души я знаю, что он заботится о своих парнях больше, чем показывает. Ему не обязательно проверять нас, но обычно он это делает. Думаю, он единственный офицер, кому удалось сохранить крупицу эмпатии к другим, не то чтобы он когда-нибудь в этом признался.
Он донимает меня насчет таблеток с тех пор, как я начал их принимать. Правда, ему довелось наблюдать, как с годами мой рассудок медленно распадается. Интересно, как далеко я скатился от того человека, каким он меня знал. Полагаю, он позволяет мне продолжать их принимать, потому что это моя единственная реальная ценность в глазах генерала. А Нолан, блять, меня на дух не переносит.
— Я также собираюсь делать инъекции. Генерал Нолан назначил на сегодня утро новое зелье, — с сарказмом бросаю я, кидая ему пустой черный флакон.
Эрик ловит его и опускает руку вдоль тела, невозмутимый.
— Без моего одобрения?
Я пожимаю плечами, раздраженный тем, что он делает вид, будто и впрямь когда-нибудь откажет в новых испытательных препаратах.
— Генерал Нолан предложил, а я согласился. Ты уже бросил меня обратно в Подземелье, так что не понимаю, почему тебя это волнует. Я знаю, что у нас нет времени на полевые тренировки по сближению с Эмери, но ты мог бы хотя бы предупредить меня, что записал нас на миссию уровня «черный» в…
— Я знаю. Думаешь, кто ещё, кроме меня, согласовывает миссии с Ноланом? — Холодные глаза Эрика на мгновение изучают меня, после чего он снова переводит взгляд на лекарства. — Ты сам себя сюда загнал, Кэмерон. Не я. Ты это знаешь… так же хорошо, как и то, что ты убиваешь себя этим. — Он поднимает флакон для убедительности.
Я улыбаюсь слабой, побежденной улыбкой.
— Я не такой, лейтенант. Они не убьют меня, как остальных.
Струйка крови стекает с моего носа на губы. Я стираю её рукавом. Кровотечения из носа — обычный побочный эффект препарата, но, судя по всему, так же обыденно и то, что я убиваю своих напарников.
Он поднимает брови, словно испытывая ко мне жалость, и бормочет, уходя:
— Нет. Ты не особенный, Мори. Сколько бы ты ни жаждал быть особенным, ты просто не такой.
Его слова бьют под дых.
Я смотрю на серые стены арены, размышляя над его словами, в ожидании, когда Нолан заберет меня на инъекции.
Эрик ошибается. Я не такой, как все. Никто не выживал так долго на усиливающих препаратах. Я единственный, кто показал на них позитивную реакцию. Инъекции должны стать огромным шагом вперед по сравнению с таблетками, особенно в комбинации с ними. Ну, по крайней мере, такова конечная цель. Посмотрим, с чего всё реально начнется.
Я стану тем, кем Темные Силы захотят меня видеть, и с этими стимуляторами я смогу стать идеальным солдатом, какого они желают, способным убивать эффективнее.
Совершенное оружие не чувствует боли.
Нолан не говорит ни слова, когда видит, что я его жду. Он держит руки в карманах камуфляжных штанов и коротко кивает.
Мы проходим мимо бараков, и мой взгляд притягивает пятно нежно-розового цвета. Она уже проснулась?
Я останавливаюсь, сам не зная почему. Всё, что я знаю, — мне хочется наблюдать за ней издали так же сильно, как и вблизи. В том, как она держится, есть нечто, требующее моего внимания. Краснота, обведшая её глаза и оттеняющая нежность кожи. Та свирепость, что исходит из самой её души.
— Мори. — Голос Нолана резок и вырывает меня из глубин моего сознания.
Я разрываю свой транс, в котором пребывал, глядя на неё, и продолжаю идти, пытаясь разобраться в той сумятице, что она поселила во мне.
Не припоминаю, когда в последний раз мне не хотелось причинить кому-то боль.
Глава 7
Эмери
Несмотря на всю мою гордость, прошлая ночь, пожалуй, становится одной из лучших за долгое время. Я заплетаю волосы в две косы и перекидываю их через плечо. Несколько розовых прядей обрамляют лицо, а чёлка спадает чуть ниже бровей.
Кэмерона не было в постели, когда я проснулась.
Ещё очень рано, так что я удивлена, что он уже на ногах. Все остальные либо тихо похрапывают, либо ворочаются в беспокойном сне. Я быстро одеваюсь в тактическое снаряжение, включая жилет. Если я чему и научусь вчера, так это тому, что я никому здесь не доверяю. Все они словно дикари, готовые броситься в бой в любую секунду. Я натягиваю чёрный худи с вышитыми буквами ТС на левом рукаве поверх всего остального.
Здесь повсюду холодно.
Я вспоминаю, как крепко Кэмерон прижимался ко мне прошлой ночью. Его рука обвивает мою талию, а губы уткнулись в изгиб шеи. Щёки вспыхивают, и я трясу головой, чтобы развеять тёмные мысли, роем поднимающиеся в мозгу при воспоминании о том, как в какой-то момент я чувствовала его стояк у своей попы.
Внезапное движение у двери, ведущей на арену, привлекает моё внимание. Кэмерон?
Я бесшумно скольжу по просторному цементному залу и заглядываю за угол. Пятка армейского ботинка мелькает и скрывается в другом коридоре. Я оглядываюсь через плечо, убедившись, что никто не проснулся, и иду следом за незнакомцем.
Вчера мне не удаётся всё как следует разузнать, так что любопытство гонит меня вперёд. Я не помню, чтобы Кэмерон показывал этот путь во время своей маленькой экскурсии.
Раздающийся за углом звук электронного ключа заставляет меня замереть на краю, прежде чем я заглядываю. Двое мужчин стоят у металлической двери с кодовой панелью, точно такой же, как та, что ведёт в Подземелье.
Коротко стриженный мужчина впереди — без сомнения, Генерал Нолан, я узнаю бы эту безупречную причёску где угодно. Высокого сзади сложнее опознать, так как на нём чёрный худи с надетым